ЕС строит стену на восточной границе: что поможет Украине остановить этот процесс

Европа активно думает о своем будущем. Завершение выборов в ключевых государствах-членах ЕС дает шанс на реформу ЕС и преодоления проблем, накопившихся за последние годы.

За последние недели мы услышали по крайней мере три программные речи относительно будущего единой Европы: послание Жана-Клода Юнкера о состоянии Союза, выступление Терезы Мэй во Флоренции о месте Британии в Европе после Brexit и, наконец, программное выступление президента Франции Эммануэля Макрона в Сорбонне, где он изложил свое видение дальнейшего развития Европы и Европейского Союза.

Ангела Меркель уже заявила о поддержке большинства идей, высказанных Макроном.

И нас, очевидно, интересует место Украины в этой дискуссии.

“ЕС… имеет возможность открыться более широко за несколько лет. Потому что Европейский Союз… это Европа, чьи границы не очерчены”, – сказал, в частности, Макрон в своей речи.

Замечательная формула. Почти желанное признание перспективы членства. Впрочем… уже в следующем абзаце уточняется, что перспектива вступления в ЕС касается только Балканских стран! Макрон добавляет, что “для этих стран гарантии вступления в ЕС является предпосылкой для того, чтобы они не повернулись спиной к Европе и не начали двигаться в сторону России или Турции”.

Отсутствие упоминания в этом контексте Украины, которая физически находится между Россией, Турцией и Европейским Союзом, по меньшей мере настораживает.

Более того, далее Макрон говорит о Британии и о том, что она найдет какое-то свое место в обновленном ЕС. Для восточноевропейской Украины тоже должно найтись свое место в ЕС. Но Восточная Европа в речи упомянута лишь несколько раз в историческом контексте – как регион, где трансформации уже завершились. А следовательно, это мало применимо к украинских евроинтеграционных стремлений.

Одновременно Макрон говорит об усилении оборонной политики, миграционной политики, охраны границы ЕС. Непосредственным результатом этих политик является усиление контроля на внешней границе Евросоюза, и прежде всего на границе между ЕС и Украиной.

А это только будет подчеркивать, что Украина остается вне ЕС.

“Границу” с ЕС будет усиливаться и через инфраструктурную пропасть между Украиной и восточными государствами-членами ЕС. Даже наиболее эффективное использование имеющихся в Украине средств не позволит догнать наших западных соседей, инфраструктура которых питается с медленного, но глубокого финансового потока структурных фондов ЕС.

Такой же эффект может иметь и ускорение экономических реформ внутри ЕС, о которых говорили в своих речах и Макрон, и Юнкер. Все государства-члены заинтересованы в них. Старые – потому что требуют большей интеграции для себя, новые – потому что хотят преодолеть свою периферийность внутри ЕС.

И если проблема периферийности экономик государств-членов, отдаленных от экономического центра, актуальна для ЕС, то что тогда говорить Украине, которая соревнуется с двойной периферійністю по отношению как к России, так и в ЕС. Достаточно хорошо это видно в Глобальном индексе конкурентоспособности. В этом году Украина поднялась в нем на четыре ступени, до 81-го места, но остается пропасть до уровня России и Польши, которые расположились на соседних 38-й и 39-й ступеньках.

Поэтому в отношениях с ЕС нам нужны не просто усилия в увеличении экспорта, нам нужны какие-то екстразусилля и екстрапроекти, которые устранят имеющиеся видимые и невидимые границы.

Что делать?

Украина сознательная этой проблемы.

Предложения президента относительно таможенного союза между Украиной и ЕС, ассоциации с Шенгеном, авиационного пространства и цифрового рынка – это попытка совершить скачок в интеграции с ЕС. Рациональная и разумная стратегия, пусть даже некоторые элементы откровенно ошибочные – или по сути, или то, как именно они реализуются.

Идея таможенного союза.

Ключевая инициатива президентского послания – проект таможенного союза между Украиной и ЕС. Идея слишком сложная для воплощения, с невероятным количеством рисков для торговой политики и Украины и ЕС. А в придачу – очень чувствительна в контексте ВТО.

Не удивительно, что Еврокомиссия во время недавнего заседания Комитета ассоциации в торговом складе резко отрицательно отнеслась к этой идее и достаточно четко объяснила, почему (так же, как и к идее пересмотра текста Соглашения об ассоциации).

Но проблема даже не в отрицательной реакции ЕС как таковой. Если того требует национальный интерес, любую негативную реакцию можно преодолеть.

Можно даже убедить Комиссию, государства-члены ЕС, европейский бизнес, членов ВТО (в том числе Россию), которые потребуют компенсации от поднятия тарифа Украиной до уровня тарифа ЕС.

Проблема в том, что мы можем потратить множество усилий и времени ради де-факто несуществующих преимуществ.

Даже в исследовании существующего единого таможенного союза между ЕС и Турцией – специалисты Всемирного банка определили лишь совсем незначительное преимущество влияния на торговлю в режиме “таможенного союза” над торговлей в формате “зона свободной торговли”. И связано это не столько с пошлинами (которые полностью отменить все равно пока не удастся), сколько с правилами происхождения товаров.

Итак, слишком много усилий ради малого результата.

И это при том, что, требуя нового формата отношений, мы забываем о немалые возможности для значительной активизации торговли, которые заложены в действующее Соглашение об ассоциации.

Во-первых, цель, ради которой руководство страны решило вступать в таможенный союз, вполне можно достичь, упростив таможенные процедуры на основе действующих положений Соглашения. Институт уполномоченных экономических операторов, присоединение к таможенным конвенциям ЕС – все это делает экспорт в ЕС комфортнее и еще проще.

Это – реальные возможности для придания нового толчка для экономической интеграции с ЕС.

Эффект от реализации этих положений будет больше, чем от образования таможенного союза. Потому что главная задача – это разбирать “бюрократическую стену” между Украиной и ЕС. Делать пересечение границы для товаров становится все проще.

Нам нужно привлечь к торговле тех, кто не торгует через недоверие к контролирующим органам. Скандальная история с препятствиями для экспорта орехов отпугивает больше, чем сумма пошлины. Поэтому нам нужно достичь упрощения таможенного контроля по обе стороны границы.

Это задание уже записано в Соглашении. Не нужно новых соглашений с ЕС, чтобы выполнить его.

Во-вторых, можно обеспечить индустриальную интеграцию через гармонизацию технического регулирования. Особенно принимая во внимание, что большую работу на национальном уровне уже произведено. Но почему перспектива заключения протокола АСАА, который признает украинское техническое регулирование в ЕС, и дальше туманна, хотя консультации об этом ведутся более 10 лет.

В-третьих, нам нужно приблизить европейские госзакупки украинского производителя.

Успех Prozorro уже давно имел бы переложиться в юридическое признание этой системы на уровне Соглашения. Это дало бы полную интеграцию к рынку государственных закупок в ЕС. И еще большие возможности для украинских производителей.

Цифровое будущее

С предложением президента относительно интеграции на цифровом рынке ситуация противоположная. Это очень своевременная и удачная идея.

И речь идет не только об отмене платы за роуминг.

На повестке дня ЕС – обновление правил рынка коммуникаций, большую защиту прав интеллектуальной собственности, большую защиту прав потребителя, в том числе запрет геоблокування, обновление законодательства о курьерские услуги, необходимое для дальнейшего развития электронной коммерции.

Это действительно амбициозный проект.

Президент радуется положительным отзывам с ЕС на идею отмены роуминга. Украинская делегация с энтузиазмом принимает участие во второй министерской встрече по цифровой экономики стран ЕС и стран Восточного партнерства в Таллинне. Вполне позитивная история. Которую, между тем, можно реализовывать уже сейчас, в рамках действующего Соглашения об ассоциации и приложения XVII к ней.

Эта деталь особенно важна. Нам не надо вести с ЕС новые переговоры.

Эту часть уже отработана в действующем Соглашении. Все процедуры и компетенции прописаны, можно спокойно наполнять содержанием высказанную президентом идею.

Именно поэтому выглядит странным, что только за неделю до упомянутой министерской встречи в Таллинне вопросы цифрового рынка не стало флагманским в позиции Украины на заседании Комитета ассоциации в торговом складе. Мало того, что мы не используем шансы вовремя, это также может зародить в ЕС сомнение в том, насколько Украина серьезно относится к идее интеграции цифрового рынка ЕС.

Парадоксально, но в условиях формирования евроинтеграционной политики профессиональными людьми с правильно определенной стратегией мы создаем фронта ожесточенной борьбы за ничто, не используя имеющиеся возможности.

То стоит ли бросать титанические усилия в неизвестное, пренебрегая реальными инструментами усиления сотрудничества с ЕС?

http://www.eurointegration.com.ua

Автор: Тарас Качка, заместитель исполнительного директора МФ “Возрождение”